Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой  

Глава 4: "Вдох-выдох"

Уходят в последнюю осень поэты,
И их не вернуть, заколочены ставни.
Остались дожди и замерзшее лето.
Осталась любовь, и ожившие камни.
(с) Ю. Шевчук

Господи, с чего начать…
О Свете мне рассказала Света Сурганова, с которой мы учились в одной группе. Голубева же была на другом потоке, мы почти не пересекались, но она быстро стала популярной, знаменитой Личностью на курсе. Светка то, Светка это… О ней ходили легенды, мне было интересно посмотреть на этого человека, любопытство одолевало. Рассказывали, что ездит на мотоцикле, поёт собственные песни, ходит в ватнике… В ватнике? Для меня это было дико как-то. Так вот, первая сессия, сдаём физику, в раздевалке – девушка в ватнике, понимаю, что это и есть Голубева, большие глаза, полные решимости, чувствовалось, что кафедре уже повезло, гардеробщица ей что-то ласково: «Светочка», а Светочка засовывает огромный учебник по физике за пояс, сверху натягивает свитер и идёт на экзамен.

Второй раз мы увиделись в колхозе на морковке, где-то в середине поля, на ящиках устроилось несколько человек, Света играла на гитаре и пела. Я не столько слушала тогда, сколько смотрела на неё, поскольку сейчас помню этот кадр - осень, поле, Света на ящике, в ватнике, с гитарой в руках, её глаза.

Я тогда была напугана национализмом некоторых преподавателей и, впервые с кем-то встречаясь, очень осторожничала, пока не убеждалась, что передо мной не ксенофоб. В общем, первый год в Питере, все внове, шок от города, любовь до головокружения к этим камням, воде, мистика Питера на меня подействовала сразу и навсегда. Это я к тому, что люди, которых я встретила там, для меня не отделимы от города, это одна большая картина, кино, жизнь.

Света Сурганова познакомила меня и с Женей Венлиг, мы стали общаться. Как-то Женя пригласила меня на вечеринку, куда и Голубева пришла, мы осторожно присматривались друг к другу, из–за моих комплексов, скорей всего.
Было очень интересно, мы сошлись на любви к Бродскому и поэзии Серебряного века. Незаметно сложилась компания, всё крутилось вокруг творчества, исканий себя, всё было всерьёз, тогда сложился круг «своих», мы говорили на одном языке, так и будет потом, после моего отъезда.

«О, Венеция, солнечный город!» - это Света пропела в только что открывшемся метро, спускаясь по эскалатору, сонные люди, ехавшие на встречу, встрепенулись, помню изумление и улыбки на их лицах. Мы тогда возвращались с вечеринки, затянувшейся до утра. Встретились мы накануне вечером, в метро, из новых знакомых была Марина Чен, о которой много рассказывала Света Сурганова, и на чьи стихи было написано немало песен. Ещё была странного вида девушка с гитарой, в сланцах на босу ногу, с давно немытыми волосами и ногами. Светка Голубева брезгливо на неё посматривала - она не любила неопрятность, и такое крайнее и нездоровое проявление хиппачества (это я и потом в ней не раз замечала). Как-то она высказалась по поводу одного общего знакомого, нелюбителя Мойдодыра, что это вообще недопустимо, ходить в дырявых носках, не мыться так долго, что людям это заметно и проч. Меня это немного удивило, понятно, что никому неприятно, но меня это просто не трогало. Мы тогда проходили психиатрию, и для этой девушки сразу нашелся диагноз.

Как-то прихожу в общагу, в двери записка от Светы, приглашение на день рождения, с подробной схемой проезда. Мы уже общались к тому времени, не раз встречались в компаниях, но меня это приглашение смутило, Света всегда была окружена людьми и я не думала, что она меня как-то выделяет. Она всегда была лидером, к ней тянулись, её цитировали, о ней рассказывали.

Помню, мне рассказали историю, как Света сдавала биологию. Экзамен у неё принимал завкафедрой, профессор Оленев. Света ответила на все вопросы, наклёвывается пятерка. Последнее задание – задача или фотография клетки. Профессор показывает ей снимок и предлагает рассказать, что за клетка и проч. Света говорит, что в их группе сменился преподаватель, и они не успели пройти эту тему. Он говорит, что действительно, такие группы были, и снова даёт ей фотографию другой клетки, она снова объясняет, почему их группа не прошла эту тему. Так повторяется три раза. В очередной раз, увидев перед собой фотографию клетки, она говорит профессору: «Вы что, дурак?» Получает «три».

Помню, как Света спела «Питер». Для меня это было событием, моё отношение к Питеру совпадало с её на все 100%, если можно так сказать (учитывая мое не питерское происхождение). Многие её песни ложились на душу в то время. Видимо, мы были на одной волне, писаны они были как с меня.

Помню, как Света Сурганова впервые спела «Ангела» («Ангел №2» - прим. ред.). У нас тогда был живой ангел (и я, и Сурганова её так воспринимали), Наталья Николаевна Агафонова, преподаватель анатомии. Мы так и общались до самого конца, как с обыкновенным ангелом… Её не стало в прошлом году.

Как-то мы встретились со Светой на учебной базе в секционной. Конечно, не до занятий: разговоры, кто, что читает, я рассказываю ей о книге «Наталья» Александра Минина из недавно появившейся серии «Русское зарубежье». «Понимаешь, – говорю, - там столько жизни!»… Тут слышу, Светка смеётся - вокруг трупы, а я ей про жизнь, которая ключом.

Уже после окончания института, Света написала мне письмо на английском (она его тогда учила). Стоит ли говорить, каким стимулом это было для меня!
Мы пообщались на английском потом, спустя несколько лет (когда я приехала погостить и остановилась у них в новой квартире, когда уже был Никита). На английском общаться было не очень интересно, уровень примерно одинаковый. И вообще, зачем говорить на иностранном, если можно на русском?..

У Светки была красивая фигура, красивые ноги… Она вся была красивая.
Первое время я просто смотрела на неё. Больше, чем слушала. Теперь я знаю, откуда у неё этот маленький шрамик на переносице… Господи, на таком маленьком носу ещё и шрам уместился! Света внешне всегда мне напоминала Владислава Дворжецкого, что–то ещё у них было общее во взгляде.

Так много хотелось сказать, вообще, прожить эту жизнь вместе, параллельно.
Так вот живёшь со своими людьми порознь, вдали друг от друга, встречаешься через несколько лет и продолжаешь разговор с того же места…
Я называла её «Птица» в письмах, не из-за фамилии, конечно, а из-за принадлежности к виду.

Как теперь объяснить, что осталась любовь и память, которые есть сама жизнь? Мы ведь сегодня такие потому, что у нас были свои «шестидесятые», мы ведь тогда решали очень важные вопросы, мучаясь, смеясь и плача, страдая не на шутку, на вкус пробуя, что можно и чего нельзя, иногда останавливаясь в последний момент, ошибаясь, обижаясь. Конечно, если бы не Питер, все было бы по-другому, Иоселиани прав, эти камни воспитывают… Сколько троп проложено было под её стихи-песни, они жили у меня в душе. И сейчас живут.

…Я сидела на кухне, позвонила Женя и сказала, что Светы Голубевой нет больше. Я смогла приехать только на сороковой день.

Это была нелюбовь, вот в чём всё дело. Всем нужна любовь, но есть особая порода, когда без любви не дышится, не живётся, вернее, можно, конечно, но больно неимоверно. Терпеть это из года в год трудно. Захлёбываешься в собственной крови.

Одно мне стало тогда ясно, когда любишь кого-то, а он уходит, ты остаёшься жить за двоих.

Я бы сказала сейчас ей: «Дорогая, всё проходит и это пройдет, всё было уже до нас, мы ничего не изменим кроме нас самих. В Библии всё сказано: время войне и время миру, время смеяться и время плакать, время разбрасывать камни и время собирать камни. Всё бесполезно. Так всегда, когда тебе не хватает одного единственного плеча. В самые страшные минуты остаешься один, как выжить? Просто продолжать дышать и настанет завтра, потом послезавтра и понемногу потеплеет, просто продолжай дышать».
Легко говорить, когда сам в порядке…

«Я сдавалась столько раз», – это мне Света как-то сказала…
Да, в нас есть и жизнь, и смерть, мы живём и умираем помногу раз за жизнь, однажды смерть просто берёт верх… Вот что и произошло, как я думаю. Из-за нелюбви… Нелюбовь взяла верх, вот и всё. Почему так происходит?
Наверное, не надо ничего объяснять.
Надо просто продолжать дышать.
Вдох-выдох…

Анеля Сертаева*

__________________________________
*Анеля Сертаева – друг Светланы Голубевой по мединституту.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть I.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть II.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть III.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть V.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть VI.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть VII.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть VIII.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть IX.

"Блестящих два цилиндра и крылья за спиной...". Интервью журналу.

Фотосессия Светланы Голубевой дома у Евгении Венлиг, 1989