Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой

Глава 2: "В общем живём, что само по себе гениально..."

А потом она выросла и купила билет к морю,
Волна щекотала её тонким шёлковым подолом,
Ни рыбы, ни птицы, ни водоросли
Не знали, какое y неё гоpе,
Она говорила с ними только о весёлом.
Только о весёлом...
(с) З. Ященко

"Насчёт жалости. Я знаю, что она бывает разной. Ни один человек без этого не может. И я бы вряд ли всё преодолела, если бы не было столько сочувствующих, интересующихся людей. Это великая поднимающая сила – сочувствие, интерес к тебе", - Светлана Голубева (из писем Евгении Венлиг).

"Потом была медицина", – рассказывает Евгения Венлиг.- "Гуманность - это было главным руководством по выбору профессии. Нам хотелось помогать таким же несчастным детям, какими мы были когда-то. Да и что мы видели кроме врачей (правда, Светка как-то умудрилась закончить с золотой медалью музыкальную школу по классу фортепьяно, но я до сих пор не понимаю, как это ей удалось, если с 12 лет она валялась по больницам).

Света хотела быть хирургом. Но ещё в медучилище, на втором курсе у неё возникли проблемы с позвоночником. Совершенно жуткие. Как-то её положили в больницу с приступом астмы и занесли инфекцию. Месяца полтора не могли понять, что с ней. Сперва поставили диагноз: сепсис, заражение крови. Лили тоннами антибиотики, но температура не спадала. Да ещё начались прогрессирующие боли в спине, такие, что Светка уже ходить могла только на костылях (бывало, расстояние от палаты до туалета мы с ней преодолевали за тридцать минут). И никакие обезболивающие не помогали. Кстати, там у неё уже была гитара и, несмотря на ужас Светкиного положения, она часами могла петь сопалатницам песни. А когда я приходила к ней, то мы пели друг другу. Наконец врачи ВМА догадались пригласить профессора Тиходеева из ЛИИХТа, специалиста по костям, и показать ему снимки Светкиной спины. Он сказал всё, что думает по поводу этих снимков и горе-медиков заодно, сказал, что ей уже месяц как нужна операция, и он её срочно забирает к себе в институт. Это была такая психологическая ломка. Когда Света на операцию отправлялась, была весна 87-го, она у меня спросила: «Ты меня не бросишь, если меня парализует?» Уже само это говорит о том, ЧТО она переживала и о чём думала на самом деле, а внешне - все рассказывали, как Света шутила, отправляясь на операцию, как всех подбадривала. В итоге вырезали четыре позвонка. Всего операций было три в разное время. По идее, Свете нельзя было на мотоцикле кататься, танцевать брейк-дэнс, носиться на сноуборде. Я думаю, что эта болезнь (и некоторые события, которые ей предшествовали, но о которых я говорить не хочу) в человеческом плане Светку очень сильно изменили, но осторожности не прибавили: как была она экстремалкой, так ею и осталась. У неё была повышенная (до ненормальности) потребность в адреналине. Многие считают Свету бесстрашной. Нет, страх у неё был, только она умело его прятала. Хотя, скорее даже, предпочитала идти ему навстречу.

После операции на позвоночнике Светка стала ходить в бассейн (почему-то в Колпино ездила, а я с ней за компанию на электричке каталась, подсаживалась к ней в Обухово, а потом там же мы с ней и расставались). Ходила играть в теннис рядом с домом, на тренажерах заниматься. Сильная была, ужас! Как-то меня через всю комнату кинула на кровать. До сих пор удивляюсь, как она мне ничего не переломала с её силой.

Добившись признания на кафедре хирургии, она всё-таки не стала заниматься медициной: стоять часами у операционного стола врачи ей запретили из-за позвоночника, а без этого медицина ей была и не нужна.

Она стала работать в службе по набору медперсонала в одной частной компании, где требовались знания в области медицины. Как-то был случай, которым Светка очень гордилась: приходит к ней на собеседование человек, по виду напоминающий сумасшедшего профессора из к/ф «Назад в будущее». И знания необходимые есть, и идеально подходит на требуемую должность, но внешний вид оставляет желать лучшего: засаленная одежонка, нечёсаный, немытый, одним словом – не от мира сего. Светка и говорит ему, что специалисты вашего уровня очень востребованы, но дальше вы не пройдете собеседование, и объясняет почему. Далее инструктирует его, где и что купить, как и у кого подстричься, и даёт денег! В итоге, человек принят на работу. Светка очень гордилась такими своими поступками, в них была гуманность.

Одно время мы много переписывались. Бывало даже так, что она приезжает в гости и привозит мне своё письмо, а я ей передаю своё, вот так вот мы жили. Мы переписывались и когда она после операции ездила в Ташкент (к родственникам по линии матери) укрепить здоровье. Поэзия была нашим другом.

Например, она пишет из Ахматовой:
Двадцать третье, ночь, понедельник,проверь, по-моему, первое
Очертанье столицы во мгле.
Сочинил же какой-то бездельник,
Что бывает любовь на земле…

А я ей из Марии Павликовской-Ясножевской:
В этом парке поблекшем аллеи пусты,
Только роза и ты над ней.
Вы единственные свидетели красоты –
Ты её, а она твоей.

Обменивались этим как находкой. Как тем, что кто-то взял и озвучил то, что чувствуем мы. Объяснялись так друг с другом.

Вот только, когда вместе летали в Иркутск на родину её мамы к одной целительнице лечить свою болезнь (в итоге целительница сказала, что больно уж мы тяжелые и через неделю сама слегла), вот тогда мы писали письма только родным в Питер.

Одно время Светка подписывала свои письма ко мне "Серёжа". Она хотела быть мальчиком и всячески подчёркивала в себе мужественность (говорила: «ненавижу баб!»). Но это не сексуальные какие-то перевёртыши, а просто так ей было безопаснее (при её–то бродяжьем образе жизни на тот период). На мальчиков меньше нападают, мальчик за себя постоять может. Думаю, что эта мужская позиция появилась потому, что потребность в ком-то сильном у Светки была огромная, но того, кто защитил бы, например, того же папы, не было. Не стало".

"Я люблю повеселиться? Не люблю это слово – веселиться – почему-то оно у меня ассоциируется с группкой безголовых, бездушных ребят, собравшихся в круг и беспричинно гогочущих. Я просто люблю, когда люди улыбаются (хорошие люди), ну а если от души смеются, то это блеск!!! Очень хорошо! Честный, добрый смех – лучший подарок. Подонки не умеют смеяться. Смех – это дело серьёзное!", - Светлана Голубева (из писем Евгении Венлиг).

"Светка любила смеяться и смешить", – продолжает Евгения Венлиг. - "Что касается жизни, то смеяться НАД Светой было нельзя. И не потому, что она юмора не понимала, но ей не это интересно было. Ей интереснее было лидировать, солировать, ведущую скрипку играть. Если уж смеяться, то только по её отмашке, только, когда она сама давала понять, над чем конкретно смеяться можно. Сатрап, тиран и деспот!

Вот была история. Ехали мы на мотоцикле, она на всех водителей орала: «Козлы, уроды, дебилы! Куда лезете?» Когда мы доехали, наконец, от одних гостей до других, я на трясущихся ногах слезла с мотоцикла и сказала: «Я и не знала, что у нас в городе столько даунов. Я думала, нормальные люди живут, а оказывается, что нет». Светка потом эту историю всем рассказывала, потому что она наглядно демонстрировала то, как она лихо водит мотоцикл и какая она темпераментная, а я в десятый раз ей помогала изображать, как все это было. Или вот ещё была история, поднятая на флаг и всем по десять раз пересказываемая: как-то весь день ездили на мотоцикле, далеко за город и обратно в город, и Светка так с ним сжилась, что, поставив его на стоянку и уже минут пять идя пешком, болтая со мной о том о сём, вдруг встает как вкопанная, смотрит испуганно вниз и на полном серьезе спрашивает: «А где мотоцикл?»

Однажды поставили мотоцикл в кусты. Сейчас их уже нет, вырубили, а тогда приехали домой глубокой ночью, и то ли денег на стоянку не было, то ли сил идти лишнюю остановку, короче, мы его спрятали в кустах под моими окнами. А была тёмная августовская ночь, всё на ощупь делалось. Спать легли с открытым окном, чтобы услышать треск ломаемых кустов, если кто-то мотоцикл вытаскивать начнёт, промерзли до костей, насмотрелись кошмаров про угоны. Утром просыпаемся, в окно смотрим - мотоцикла нет. В общем-то, он и не должен был быть виден, кусты-то густые, но нам казалось, что мы его прямо под окном поставили и уж с высоты третьего-то этажа разглядим обязательно. А тут – нет его и все. Светка побежала вниз, в кустах шарится, говорит: «Женька, руководи, - кусты раздвигает, – видишь его? Нет? А здесь?». А я ей и подсказать ничего не могу, мне тоже не видно. Ужас был, паника. Но всё-таки вытащили его на свет божий. Хорошо спрятали! Чтоб никто не нашёл, даже мы сами.

Про альпинизм тоже интересная история. Ей не столько альпинизм сначала был нужен, сколько подработать, в люльке повисеть, красить или мыть чего-то – сейчас и не вспомню. А там уже с этими ребятами, которые висели, пошла, полазила, получила разряд. Это так просто, между делом, само собой, этому не было посвящено много времени. Это как на дельтаплане, полетала пару раз и ладно, с парашютом прыгнула пару раз и хорошо, то есть словила кайф, словила этакую эйфорию и всё.

У Светы было сногсшибательное обаяние, дар убеждения, способность производить впечатление, способность поражать воображение, эпатировать. Например, соберётся мужская компания, и Светка начинает рассказывать самые скабрезные, самые похабные анекдоты, получая от этого массу удовольствия, потому что она, женщина, берёт этих мужиков и так вот легко, как шахматные фигуры на доске переставляет, манипулирует ими, их эмоциями, их психикой. В этом мало бережного отношения. В этом нет бесхитростности и открытости, но зато очень много от прирожденного артиста. Это началось в детстве и осталось до сих пор. Я переросла во многом это, Светка, нет.

В плане отношения к людям у Светы была совершенно детская позиция - или человек плохой, или хороший. Вот, например, если человек обижает другого человека, значит, он плохой. Хотя день назад был хороший. В этом плане она не была беспристрастной и объективной, её саму очень эмоции подводили. Света человек не полутонов, она человек контраста. У неё всё было однозначно: мудаки, козлы, предатели или супер-пупер обалденные, бесподобные, интересные люди!

Ещё она считала, что всегда и всё делает правильно. В чем-то ей эта уверенность помогала, но в чём-то и мешала сильно. Вот совершенно детский пример из жизни на эту тему (ещё в больнице это было): как-то она взяла у меня одну игрушку, повертела, посмотрела, чего-то отковыряла, игрушка сломалась, Света сразу: «Это не я». И отдаёт мне её так, как будто действительно так и было... Вообще, с детства во многих её поступках сквозило что-то вроде того: я не могу быть непогрешимой, я не могу что-то испортить, а если я что-то «такое не такое» и делаю, то это не я. Вот такая слабость у нее имелась, и она порой серьезно осложняла ее жизнь. Трудно было с таким подходом не наступать на одни те же грабли по несколько раз. Особенно это касалось отношений с людьми. Вообще, я считаю, что здоровая самокритика позволяет научиться выживать и, как это ни парадоксально, быть в ладу с самим собой. Да, с социальной точки зрения Светка была успешной, а с психологической – я всё-таки думаю, что она так и не научилась выживать. И почему-то никто из огромного количества любящих её людей так и не смог помочь ей в этом. И я не смогла…".

Материал подготовлен нас двое_нас двое и Т.Кот.
Выражаем особую благодарность Евгении Венлиг за
отзывчивость, подробный рассказ, фотографии и
неоценимую помощь в подготовке материала.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть I.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть III.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть IV.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть V.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть VI.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть VII.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть VIII.

Воспоминания друзей и знакомых о Светлане Голубевой. Часть IX.

"Блестящих два цилиндра и крылья за спиной...". Интервью журналу.

Фотосессия Светланы Голубевой дома у Евгении Венлиг, 1989